Центр Защиты Прав СМИ
учреждён в 1996 году
09.09.2016
Союз журналистов России и Центр защиты прав СМИ объявляет Второй конкурс « Большие победы маленьких людей». К участию ...

«Беда, когда законы пишут те, кому они не писаны»

Борис Замятин, литератор

16.12.1992

ХАТЗИАНАСТАССИУ против ГРЕЦИИ
(Hadjianastassiou v. Greece)

ДЕЛО «ХАТЗИАНАСТАССИУ ПРОТИВ ГРЕЦИИ»

 

(Hadjianastassiou v. Greece)

 
(жалоба № 12945/87)
 

Постановление Суда

Страсбург, 16 декабря 1992 года
 
 

По делу «Хатзианастассиу против Греции»[1] Европейский Суд по правам человека, заседающий в соответствии со статьей 43 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — «Конвенция»)[2] и соответствующими положениями Регламента Суда, Палатой в следующем составе:

 

г-н. Р. Риссдал, Председатель,

г-н Тор Вильялмсон,

г-н Ж. Де Мейер,

г-н Н. Валтикос,

г-н З. К. Мартенс,

г-жа Е. Палм,

г-н И. Фойгель,

г-н Р. Пекканен,

Сэр Джон Фрилэнд, судьи,

 

а также г-н M.-A. Эйссен, Секретарь Суда, и г-н Г. Петцольд, Заместитель Секретаря Суда;

 

Проведя 26 июня и 23 ноября 1992 года закрытые заседания,

 

Вынес следующее постановление, принятое в последний из вышеуказанных дней:

 

 

ПРОЦЕДУРА

 

1. Дело было направлено в Суд 12 июля 1991 года Европейской Комиссией по правам человека (далее — «Комиссия»), в пределах трехмесячного срока, установленного пункте 1 статьи 32, и статьей 47 Конвенции. Дело было возбуждено в связи с жалобой (№12945/87) против Республики Греция, подданной в Комиссию в соответствии со статьей 25 гражданином Греции, г-ном Константиносом Хатзианастассиу (Constantinos Hadjianastassiou), 17 декабря 1986 года.

 

Запрос Комиссии основывался на статьях 44 и 48 и на декларации, в которой Греция признала для себя обязательность постановлений Суда (статья 46). Предметом запроса было получение решения по вопросу о том, свидетельствует ли обстоятельства дела о нарушении государством-ответчиком обязательств, предусмотренных статьями 6 и 10 Конвенции.

 

2. В ответ на запрос, сделанный в соответствии с подпунктом (d) п. 3 Правила 33 Регламента, заявитель сообщил о своем желании принять участие в судебном разбирательстве и назначил юриста для представления его интересов в этом разбирательстве (Правило 30).

 

3. В состав Палаты вошли ex officio (по должности) г-н. Н. Валтикос, избранный судья от государства Греция (статья 43 Конвенции) и г-н Р. Риссдал, Председатель Суда (п. 3 (b) Правила 21). 29 августа 1991 года в присутствии Секретаря Председатель определил по жребию имена остальных семи судей, а именно г-на Дж. Кремону, г-на Тора Вильялмсона, г-на Ж. Де Мейера, г-жу Е. Палм, г-на И. Фойгеля, г-на Р. Пекканена и сэра Джона Фрилэнда (статья 43 Конвенции и п. 4 Правила 21).

 

Г-н З. К. Мартенс, запасной судья, в последствии заменил г-на Кремону, чей срок пребывания в должности судьи истек, и чей преемник вступил в должность до проведения слушаний (п. 3 Правила 2 и п. 1 Правила 22).

 

4. Г-н Риссдал вступил в должность Председателя Палаты (п. 5 Правила 21) и, действуя через Секретаря, провел с агентом правительства Греции (далее — «Правительство»), представителем Комиссии и юристом заявителя консультации по вопросам организации судебного разбирательства (п. 1 Правила 37 и Правило 38). Следуя соответствующим указаниям Председателя, Секретарь получил меморандум заявителя 14 февраля 1992 года, а меморандум Правительства — 28 февраля. 2 июня Секретарь Комиссии проинформировал Секретаря Суда, что Представитель Комиссии выскажет свои замечания в устной форме.

 

12 марта Комиссия представила различные документы, затребованные Секретарем по ходатайству Правительства.

 

5. В соответствии с решением Председателя Суда судебное разбирательство проводилось публично во Дворце прав человека в Страсбурге 23 июня 1992 года. Предварительно Суд провел подготовительное заседание.

 

Перед Судом предстали:

 

(а) со стороны Правительства

 

г-н П. Камаринес, юрисконсульт Государственного Совета Юристов, Уполномоченный,

г-жа Ф. Дедуси, член Государственного Совета Юристов, Советник;

 

(b) со стороны Комиссии

 

г-н К.Л. Розакис, Представитель;

 

(c) со стороны заявителя

 

г-н Р. Нисанд, адвокат, Советник.

 

Суд выслушал выступления вышеуказанных представителей, лично г-на Хатзианастассиу, а также их ответы на вопросы Суда.

 

 

ФАКТЫ

 

I. Обстоятельства дела

 

6. Г-н Хатзианастассиу, гражданин Греции, является авиационным инженером. На момент рассмотрения дела он имел звание капитана военно-воздушных сил.

 

В качестве должностного лица, ответственного за проект по разработке и производству управляемой ракеты, он представил в 1982 году доклад в Центр Технических Исследований Военно-Воздушных Сил («K.E.T.A.») о ракете, над которой работал. В январе 1983 года он предоставил одной частной компании («ELFON Ltd») другое техническое исследование по управляемым ракетам, которое подготовил самостоятельно.

 

A. Разбирательство в Постоянном Суде Военно-Воздушных Сил г. Афины

 

7. 4 июля 1984 года Палата Постоянного Суда Военно-Воздушных Сил г. Афины (Diarkes Stratodikeio Athinon)предъявила заявителю и еще одному лицу обвинение в разглашении военной тайны (статья 97 Военного уголовного кодекса, см. п. 21 ниже).

 

22 октября 1984 года суд признал г-на Хатзианастассиу виновным в передаче ELFON десяти единиц информации вместе со «всеми техническими и теоретическими данными», изложенными в докладе K.E.T.A. Суд приговорил заявителя к двум с половиной годам лишения свободы.

 

B. Разбирательства в Военном Апелляционном Суде

 

8. Заявитель и обвинитель Военного Апелляционного Суда (Epitropos tou Anatheoritikou Dikastiriou) обжаловали это решение.

 

9. Вслед за судебным заседанием, состоявшимся 28 февраля и 1 марта 1985 года, Военный Апелляционный Суд назначил двух экспертов — профессоров Афинского Политехнического Института, которые совместно с экспертами, указанными заявителем, сравнили оба исследования.

 

В своем заключении от 26 сентября 1985 года, профессоры пришли к следующим выводам:

 

«... на наш взгляд, два исследования, для K.E.T.A. и для ELFON, опираются на разные методы, ракеты отличаются друг от друга и вторая не является копией первой ...

 

Тем не менее, некоторая передача технических знаний неизбежно произошла …. Невозможно определить масштаб этой передачи за рамками того, что указано далее в пунктах (b), (c) и (d), так как исследование ELFON и даже в большей степени отчет K.E.T.A. составлены некачественно, полны неточностей и упущений. Следует отметить, что в обоих исследованиях аэродинамические данные являются ошибочными ...».

 

Эксперты отметили, что г-н Хатзианастассиу имел некоторые технические знания, приобретенные во время учебы в Соединенных Штатах. Однако участие в проекте K.E.T.A. обогатило его опыт. Детали ракеты и некоторые теоретические сведения, содержащиеся в обоих исследованиях, встречались в различных технических руководствах, приобщенных к делу и оцениваемых как «доступная литература». Эти руководства не были отнесены к «секретным», однако не было установлено, что они были доступны частным лицам.

 

10. На следующем судебном заседании, состоявшемся 21 и 22 ноября 1985 года, Военным Апелляционным Судом были заслушаны показания девятнадцати свидетелей относительно того, содержали ли исследования общедоступные данные, была ли информация, положенная в основу исследований, доступна в научной литературе, и было ли исследование K.E.T.A. отнесено к сведениям, составляющим «военную тайну».

 

11. После судебного заседания Военный Апелляционный Суд, совещаясь в закрытом режиме, рассмотрел следующие вопросы, сформулированные Председателем Суда:

 

«1. Виновен ли Константинос Хатзианастассиу в незаконной и преднамеренной передаче и разглашении третьим лицам, с октября 1982 года по март 1983 года, военных планов и информации, отнесенной к секретной, и которая должна была оставаться секретной в интересах Греческого государства? [В частности, виновен ли он в том] ..., что в октябре 1982 года, после установления контакта с компанией ELFON Ltd ... с целью подготовить и предоставить для последней исследование по управляемым ракетам, за денежную выплату. определяемую соглашением с указанной компанией, после того как работа будет начата, незаконно и преднамеренно

 

(a) сообщил вышеуказанной компании информацию общего характера об управляемой ракете, разрабатываемой в K.E.T.A. и ее технических характеристиках, хотя, являясь должностным лицом, ответственным за проект по разработке ракеты K.E.T.A., он знал, что эта информация являлась секретной, и что в интересах Греческого государства необходимо хранить ее в тайне;

 

(b) передал той же компании некоторые данные, имеющие отношение к проекту и относящиеся к той же предметной области, вытекающие из исследования K.E.T.A и из всей программы производства греческих управляемых ракет («лазерный комплект»), которые существовали в центре и которые касались, главным образом, пространственной диаграммы ракеты, ее внешней геометрии, периметрического плана, аэродинамических составляющих, типа лазера на иттрий-алюминиевом гранате с неодимом, динамичной модели, верхушки ракеты, принципиальной схемы, точности самонаведения, базовых данных по электронике, и других теоретических и технических компонентов, содержащихся в исследовании ELFON Ltd …, которое было целиком разработано на основе информации, полученной из соответствующего проекта и исследования K.E.T.A., переданной и раскрытой им для компании, несмотря на то, что он в качестве должностного лица, ответственного за проект, знал.., что эта информация секретна, и что в интересах государства Греции необходимо хранить ее в тайне?

 

2. Было ли установлено... что после того, как он раскрыл указанные сведения, составляющие военную тайну, обвиняемый полагал, ошибочно, что он имел право действовать подобным образом или [с другой стороны], что он обоснованно предполагал, что, составив исследование K.E.T.A. и использовав собственные знания, он был вправе составить новое исследование и представить его через посредничество компании ELFON Ltd, в Департамент Военной Промышленности? Было ли такое предположение обоснованным?

 

3. Было ли установлено ... что сведения, составляющие военную тайну, разглашенные подобным образом, а именно общая информация об управляемой ракете … и ее технических характеристиках, которую [обвиняемый] сообщил компании ELFON, были малозначительными?

 

4. Должны ли быть учтены определенные обстоятельства смягчающими, а именно то, что до совершения вышеуказанных действий, обвиняемый вел безупречную и упорядоченную частную, семейную и профессиональную жизнь?

 

 ...».

 

12. Согласно протоколу совещания, судьи Военного Апелляционного Суда утвердительно ответили на вопросы 1(a) (четыре голоса против одного), 3 и 4 (единогласно) и отрицательно на вопросы 1(b) (четыре голоса против одного) и 2 (три голоса против двух).

 

13. Вынеся приговор в присутствии г-на Хатзианастассиу 22 ноября 1985 года, Суд приговорил его за разглашение сведений, отнесенных к военной тайне второстепенной значимости (п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса, см. п. 21 ниже) условно к пяти месяцам лишения свободы, с зачетом четырех месяцев и четырнадцати дней, проведенных им под стражей в ходе предварительного расследования.

 

14. Председатель Военного Апелляционного Суда огласил приговор, в котором не указывались вопросы членам суда.

 

15. Для получения формулировок этих вопросов и ответов на них, заявитель просил 23 ноября 1985 года ознакомить его с протоколом судебного заседания. По его утверждению, секретарь сказал ему, что необходимо дождаться «окончательного варианта» приговора.

 

C. Разбирательство в Кассационном Суде

 

16. 26 ноября 1985 года, в течение пяти дней — срока, установленного п. 1 статьи 425 Военного уголовного кодекса (см. п.24 ниже), г-н Хатзианастассиу обжаловал приговор в Кассационном Суде. В своей жалобе, занимающей одну страницу, он утверждал о «неправильном применении и толковании положений уголовного закона, по которым он был осужден, а именно п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса».

 

17. 16 декабря он получил копию постановления суда апелляционной инстанции. Постановление было кратким и не содержало оснований, по которым оно было вынесено, а лишь указывало на назначение наказания.

 

18. 23 декабря 1985 года заявитель снова просил предоставить ему протокол. Он получил его 10 января 1986 года. Этот документ, представлявший собой детальное изложение всех шести вопросов и полученных на них ответов, заканчивался следующим образом:

 

«...

 

Суд, четырьмя голосами к одному …, признает обвиняемого Хатзианастассиу виновным в разглашении сведений, составляющих военную тайну, преступлении, которое было совершено в Аттике, с октября 1982 года по март 1983 года.

 

Тремя голосами против двух ..., Суд отклоняет ходатайство защиты о применении п. 2 статьи 31 Уголовного Кодекса (невиновность в случае ошибки).

 

Суд единогласно признает, что сведения, составляющие военную тайну, разглашенные обвиняемым, были второстепенной значимости.

 

Суд единогласно принимает смягчающие обстоятельства (п. 2 (a) статьи 84 Уголовного Кодекса).

 

На основании следующих статей: ...

 

п. 2 статьи 97, рассматриваемый в совокупности с п. 1 и статьями 98 (e) ..., 366, 368 ... Военного уголовного кодекса, ...;

 

 ... принимая во внимание тяжесть совершенных деяний, личность обвиняемого, вред, нанесенный преступлением, особый характер преступления, конкретные обстоятельства, при которых было совершено преступление, степень умысла со стороны обвиняемого, его характер, личное и социальное положение, его поведение до и после совершения преступления;

 

Суд приговаривает обвиняемого к пяти месяцам лишения свободы и обязывает его выплатить судебные издержки … В вышеуказанный срок … суд засчитывает четыре месяца и четырнадцать дней, проведенных им под стражей в ходе предварительного расследования, и устанавливает окончательный срок наказания, подлежащий отбытию  — шестнадцать дней.

 

Учитывая, что у обвиняемого нет прошлых судимостей, и он не отбывал тюремного наказания, а также обстоятельства, при которых было совершено преступление, Суд считает целесообразным назначить оставшееся наказание в виде условного осуждения ...

 

На основании вышеизложенного, в соответствии со статьями 99, 100 и 104 Уголовного Кодекса, суд при назначении оставшегося наказания устанавливает испытательный срок три года

 

 ...».

 

19. Разбирательство в Кассационном Суде (Areios Pagos) состоялось11 апреля 1986 года.

 

14 апреля г-н Хатзианастассиу подал письменные объяснения в добавление к своему устному выступлению в суде. По его мнению, изложение апелляционной жалобы было достаточным для того, чтобы исключить любую возможность ее отклонения по причине неточности. Он обжаловал недостаточность срока, предоставленного для подачи апелляционной жалобы на приговоры военных судов и невозможность для заинтересованных лиц заблаговременно ознакомиться по существу с содержанием оспариваемых постановлений. Заявитель также оспаривал основания, по которым был вынесен обвинительный приговор: распространение «общей информации» о ракете, разрабатываемой K.E.T.A., обвинение, которое Военный Апелляционный Суд счел доказанным, не подпадало под действие статьи 98 Военного уголовного кодекса, поскольку эта норма касалась раскрытия секретных сведений военного значения, обвинение, которое было снято с него Военным Апелляционным Судом, ответом на вопрос 1 (b) (см. п. 11 выше). По мнению заявителя, его дело в крайнем случае подпадало под статью 96 (см. п. 21 ниже), но не более того.

 

20. 18 июня 1986 года Кассационный Суд оставил жалобу без рассмотрения по следующим причинам:

 

«В своей жалобе в Суд … по поводу отмены постановления № 616/1985, вынесенного Военным Апелляционным Судом, [заявитель] оспаривает вышеуказанное постановление на основании ошибочного применения и толкования статей, на основании которых он был осужден, а именно п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса». Однако это единственное основание апелляции в том виде, в котором оно сформулировано выше, является неопределенным, поскольку не указывает на конкретные и определенные ошибки в оспариваемом постановлении, которые могли бы служить основанием для жалобы по поводу ошибочного применения и толкования указанной статьи. Следовательно, в соответствии с п. 1 статьи 476 и п. 1 статьи 513 Уголовно-Процессуального Кодекса, жалобу надлежит оставить без рассмотрения».  

 

II. Применимое национальное законодательство

 

A. Разглашение сведений, отнесенных к военной тайне

 

21. Военный уголовный кодекс предусматривает:

 

Статья 96

 

«Передача информации военного характера

 

Военнослужащий или иной человек, работающий в вооруженных силах, который без согласия на то военных властей передаст или сделает общеизвестным каким-либо способом информацию или оценочные сведения об армии, несет наказание в виде лишения свободы на срок не более шести месяцев».

 

Статья 97

 

«Разглашение военной тайны

 

1. Военнослужащий или иной человек, работающий в вооруженных силах, который незаконно и преднамеренно предоставит или сообщит другим лицам документы, планы, любые другие предметы или секретные сведения военного значения, или допустит передачу или сообщение другим лицам этих документов, планов, предметов или сведений, несет наказание в виде лишения свободы (katheirxi), или, если вышеуказанное было передано или сообщено иностранному государству, агенту или шпиону иностранного государства, карается увольнением с лишением прав и привилегий и смертной казнью.

 

2. ... если сообщенная [информация] имеет второстепенное значение, обвиняемый несет наказание в виде лишения свободы (filakisi) на срок не менее шести месяцев …».

 

Статья 98

 

«Секретные сведения

 

Под «секретными сведениями военного значения» следует понимать информацию, касающуюся государства Греции или его союзниках, и связанную с:

 

...

 

(e) объектом, официально отнесенным к секретным.

 

...».

 

B. Обязанность судов мотивировать свои решения

 

22. Соответствующие статьи Конституции, принятой в 1975 году, гласят:

 

Пункт 3 статьи 93

 

«Все судебные постановления должны быть четко и подробно мотивированы и оглашены на открытом заседании …».

 

Статья 96

 

«...

 

4. Специальные законы предусматривают:

 

(a) Вопросы, устанавливающие отношения с военными судами, судами военно-морских и военно-воздушных сил, не имеющими юрисдикции над гражданскими лицами.

 

(b) Вопросы, связанные с судами призовой юрисдикции.

 

5. Суды, указанные в подпункте (a) первого абзаца, должны состоять из большинства судей, входящих в судебную ветвь власти вооруженных сил и пользующихся гарантиями независимости, как личными, так и служебными, предусмотренными п. 1 статьи 87 настоящей Конституции. Пункты 2-4 статьи 93 применимы к судебным разбирательствам и постановлениям этих судов. Подробные инструкции по применению положений, изложенных в данном абзаце, а также дата вступления этих положений в силу, должны быть определены законом».

 

23. Согласно существующему прецедентному праву Кассационного Суда, отсутствие обоснований в решениях военных судов не делает их недействительными. Применение к этим судам п. 3 статьи 93 Конституции требует, в соответствии с п. 5 статьи 96, принятия специальных законов, что до сих пор не случилось (постановления №№ 470/1975, 483/1979, 18/1980, 647/1983, 531-535/1984 (Nomiko Vima 1984 год, стр. 1070) и 1494/1986). Достаточно, чтобы такое решение отвечало на вопросы, поставленные Председателем Суда. Вопросы должны точно указывать на преступления, в которых обвиняют подсудимого, чтобы в дальнейшем Кассационный Суд смог убедиться, что соответствующие статьи уголовного права были должным образом применены к фактам, установленным судами первой и второй инстанций (постановления № 456/1986 и 1494/1986).

 

C. Апелляции на решения военных судов

 

1. Военный уголовный кодекс

 

24. К настоящему делу имеет отношение следующее:

 

Статья 366

 

«Формулировка вопросов. Главный вопрос

 

1. Председатель Суда должен составить вопросы по каждому подсудимому.

 

2. Главный вопрос должен быть сформулирован на основании резолютивной части судебного решения о заключении под стражу… и должен включать в себя вопрос о том, виновен ли обвиняемый в том,… что ему вменяется …».

 

Статья 368

 

«Дополнительные вопросы (Parepomena zitimata)

 

Чтобы дополнить главный или альтернативный вопрос, могут быть заданы дополнительные вопросы, касающиеся обвинения или обстоятельств, отягчающих, смягчающих наказание или исключающих преступность деяния (exalipsin)».

 

Пункт 1 статьи 425

 

«Сроки

 

Жалоба в Кассационный Суд (anairesi) должна быть подана в течение пяти дней с момента оглашения постановления, или, если решение было оглашено в отсутствие обвиняемого или его представителя, с даты уведомления о принятом решении …».

 

Статья 426

 

«Основания для подачи жалобы в Кассационный Суд

 

Жалоба должна быть подана только на следующих основаниях:

 

  ...

 

(B) Ошибочное применение и толкование материальных норм уголовного права».

 

2. Уголовно-Процессуальный Кодекс

 

25. Уголовно-Процессуальный Кодекс предусматривает, inter alia, следующее:

 

Пункт 3 статьи 473

 

«Срок подачи кассационной жалобы

 

Срок подачи жалобы в Кассационный Суд начинается с даты поступления в секретариат рассматриваемого суда окончательного текста постановления. Он должен поступить в секретариат в течение пятнадцати дней, в противном случае, на Председателя суда могут быть наложены дисциплинарные санкции».

 

Пункт 2 статьи 509

 

«Объяснения при подаче жалобы в Кассационный Суд

 

Кроме оснований для обжалования, указанных в жалобе ..., дополнительные замечания могут быть изложены в дополнительных объяснениях, поданных в канцелярию главного прокурора при Кассационном Суде не позднее, чем за пятнадцать дней до проведения судебного заседания ...; по истечении указанного срока объяснения подлежат оставлению без рассмотрения ...».

 

3. Прецедентное право Кассационного Суда, имеющее отношение к данному делу

 

26. Согласно прецедентному праву Кассационного Суда (решения №№ 656/1985 (Nomiko Vima 1985 г., стр. 891), 1768/1986, 205/1988 (Nomiko Vima 1988 г., стр. 588) и 565/1988), п. 3 статьи 473 Уголовно-Процессуального Кодекса не применяется по отношению к жалобам на нарушение норм права в приговорах военных судов, поскольку срок подачи данных жалоб установлен в статье 425 Военного уголовного кодекса (см. п. 24 выше).

 

Основания для подачи жалобы в Кассационный Суд должны быть изложены в предварительной жалобе. Что касается «неправильного применения и толкования соответствующих положений уголовного закона», то жалоба должна содержать четкие указания на ошибки, которые были допущены в оспариваемом решении (решения №№ 234/1968, 459/1987, 1366/1987 (Nomiko Vima 1987г., стр. 1659) и 1454/1987, а также постановление Кассационного Суда по настоящему делу).

 

И, наконец, дополнительные объяснения рассматриваются лишь в том случае, если в предварительной жалобе изложено, по крайней мере, одно основание, которое Суд сочтет приемлемым и достаточно обоснованным (постановления №№ 242/1951, 341/1952, 248/1958, 472/1970, 892/1974, 758/1979 (Nomiko Vima 1980г., стр. 56), 647/1983, 1438/1986 и 1453/1987).

 

 

РАЗБИРАТЕЛЬСТВО В КОМИССИИ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

 

27. 17 декабря 1986 года г-н Хатзианастассиу подал жалобу в Комиссию. В своей жалобе он ссылался на статью 6, и утверждал, что недостаточная обоснованность постановления Военного Апелляционного Суда и краткость срока для подачи жалобы помешали ему дополнительно обосновать жалобу в Кассационный Суд. Он также утверждал, что осуждение за раскрытие военной тайны второстепенного значения нарушило его право на свободу выражения мнения в соответствии со статьей 10.

 

28. 4 октября 1990 года Комиссия признала жалобу (заявление № 12945/87) приемлемой. В своем отчете от 6 июня 1991 года (в соответствии со статьей 31), Комиссия пришла к единогласному выводу о нарушении пунктов 1 и 3 (b) статьи 6 и об отсутствии нарушения статьи 10.

 

Полный текст заключения Комиссии приводится в приложении к данному постановлению.

 

 

ПРАВО

 

I. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции

 

29. Г-н Хатзианастассиу ссылался на пункты 1 и 3 (b) статьи 6, гласящие:

 

«1. Каждый … при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое ... разбирательство ... независимым и беспристрастным судом 

 

... 

 

3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:

 

 ...

 

(b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты;

 

 ...».

 

Заявитель обжаловал отсутствие обоснования в приговоре, оглашенном Председателем Военного Апелляционного Суда 22 ноября 1985 года и с краткостью установленного срока подачи жалобы в Кассационный Суд. Несмотря на то, что заявитель присутствовал на судебном разбирательстве, точные основания его осуждения стали известны ему лишь 10 января 1986 года, что означало, что жалоба по вопросам права будет с неизбежностью отклонена.

 

30. Правительство выразило несогласие с такой точкой зрения, которую Комиссия поддержала по существу. По мнению Правительства заявитель был осведомлен о содержании вопросов, сформулированных председателем Военного Апелляционного Суда. Вопросы № 2 и 4 основаны на аргументах, приведенных лично г-ном Хатзианастассиу в Постоянной Палате Суда Военно-Воздушных Сил. Ответ на вопрос № 3, впервые сформулированный в апелляционной инстанции, ясно прозвучал в постановлении, зачитанном председателем. Что касается вопроса о передачи информации «военного значения», Председатель разделил его на два пункта — 1 (a) и 1 (b) (см. п. 11 выше), чтобы учесть заключение экспертов и проявить снисходительность к обвиняемому, приговор которого был, к тому же, смягчен. Наконец, эти вопросы далеко не обозначали конец судебного разбирательства, а наоборот вызвали споры во время совещания. Иными словами, г-н Хатзианастассиу вполне мог в установленный законом срок представить в своей жалобе подробные и обоснованные доводы для отмены решения.

 

31. Поскольку требования, изложенные в пункте 3 статьи 6, затрагивают отдельные аспекты права на справедливое судебное разбирательство, предусмотренное пункте 1, Суд рассмотрит жалобу в соответствии с обоими положениями, взятыми в совокупности.

 

32. Суд отмечает с самого начала, что хотя п. 3 статьи 93 Конституции Греции (см. п. 22 выше) предписывает, чтобы все судебные постановления были четко и подробно обоснованы, в соответствии с п. 5 статьи 96 применимость этого требования к военным судам сопряжена с принятием специального законом. Такой закон еще предстоит принять. До этого момента Кассационный Суд вправе рассматривать решения судов на предмет надлежащего применения уголовного права лишь основываясь на вопросах, сформулированных председателями судов, и ответов судей, послуживших основанием для принятия решения.

 

33. Высоким договаривающимся сторонам предоставлена значительная свобода в выборе средств для обеспечения того, чтобы их судебные системы отвечали требованиям статьи 6. Однако национальные суды должны с достаточной ясностью излагать доводы, на основании которых они выносят решения. Именно это, inter alia, позволяет обвиняемому эффективно воспользоваться предоставленным ему правом обжалования приговора во второй инстанции. Задача Суда сводится к тому, чтобы установить, привел ли установленный государством механизм к результатам, которые совместимы с Конвенцией. 

 

34. В данном случае, постановление, оглашенное Председателем Военного Апелляционного Суда, не содержало указаний на вопросы, отраженные в протоколе судебного заседания (см. п. 11 и 18). Безусловно оно ссылалось на статью 366 Военного уголовного кодекса (см. п. 24 выше) и классифицировало переданные сведения как информацию второстепенного значения, однако оно не основывалось на тех же основаниях, что и решение Постоянной Палаты Суда Военно-Воздушных Сил. Вопрос 1 (a) о передаче «общих сведений об управляемой ракете», которые необходимо было держать в тайне, впервые был поднят на разбирательстве в суде апелляционной инстанции. Когда на следующий день после оглашения решения заявитель пытался получить полный текст вопросов, секретарь якобы сообщил, что ему придется дождаться «окончательного варианта» приговора (см. п. 15 выше). В своей жалобе на нарушение норм права, поданной в течение пяти дней — срока, установленного п. 1 статьи 425 Военного уголовного кодекса (см. п. 24 выше), г-н Хатзианастассиу мог опираться лишь на информацию, услышанную и собранную им во время судебного разбирательства. Ему ничего не оставалось, как сослаться в общих чертах на статью 426.

 

35. В возражении Правительства говорится, что заявитель вполне мог бы представить дополнительные замечания в своих объяснениях в соответствии с п. 2 статьи 509 Уголовно-Процессуального Кодекса (см. п. 25 выше), и что если он не воспользовался такой возможностью, то это означает, что у него не было оснований для оспаривания приговора суда.

 

36. Суд не согласен с этим доводом. Когда 10 января 1986 года г-н Хатзианастассиу получил протокол судебного заседания, он был уже лишен возможности приводить дополнительные доводы к своей жалобе на нарушение норм права. В соответствии с устоявшейся судебной практикой, дополнительные доводы могут быть приняты во внимание, только если в предварительной жалобе содержится, по крайней мере, одно основание, которое Суд сочтет подлежащим рассмотрению и достаточно обоснованным (см. п. 26 выше).

 

37. В заключение следует отметить, что реализация права на защиту было сопряжены с такими ограничениями, что заявитель был лишен возможности воспользоваться своим правом на справедливое судебное разбирательство. Следовательно, имело место нарушение пункта 3 (b) статьи 6 Конвенции, в совокупности с пунктом 1.

 

II. Предполагаемое нарушение статьи 10 Конвенции

 

38. По заявлению г-на Хатзианастассиу, обвинение, выдвинутое против него военными судами, также нарушало статью 10 Конвенции, которая гласит:

 

«1. Каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ …

 

2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия».

 

39. Следует напомнить, что заявитель, военный офицер, был осужден и приговорен к лишению свободы за разглашение военных сведений второстепенного значения. Рассматриваемое исследования он намеревался передать за определенную плату частной компании по производству оружия.

 

Несомненно, свобода выражения мнения, гарантируемая статьей 10, применима к военнослужащим, как и к другим лицам, в рамках юрисдикции Договаривающихся государств (см. постановление по делу «Энгель и другие против Нидерландов» (Engel and others v. The Netherlands) от 8 июня 1976 года, Серия A, № 22, стр. 41, п. 100). Тем более, что рассматриваемая информация не выходит за рамки действия статьи 10, которые не ограничены определенными категориями информации, идей или форм выражения мнения (см. «Маркт интерн Верлаг ГмбХ и Клаус Берман против Германии» (Markt intern Verlag GmbH and Klaus Beermann v. Germany) от 20 ноября 1989 года, Серия A, № 165, стр. 17, п. 26).

 

40. Таким образом, приговор Постоянной Палаты Суда Военно-Воздушных Сил, впоследствии смягченный Военным Апелляционным Судом (см. пп. 7 и 13 выше), представлял собой вмешательство в право заявителя на свободу выражения мнения. Подобное вмешательство противоречит статье 10, за исключением случаев, когда оно «предусмотрено законом», преследует законные цели, изложенные в пункте 2, и «необходимо в демократическом обществе» для достижения вышеуказанных целей.

 

A. Было ли вмешательство «предусмотрено законом»?

 

41. По утверждению г-на Хатзианастассиу, первое условие не было соблюдено, поскольку последствия несоблюдения «закона» не были предсказуемы. Применение Военным Апелляционным Судом статей 97 и 98 Военного уголовного кодекса было ошибочным (см. п. 21 выше). Несмотря на то, что эти статьи легли в основу решения суда, в нем не указывалось на какие-либо конкретные секретные сведения, которые были переданы ELFON.

 

42. Тем не менее, Суд отмечает, что формулировка рассматриваемых статей закона (см. п. 21 выше) совместима с тем вариантом их истолкования и применения, который реализовал Военный Апелляционный Суд. Указывая на то, что толкование и применение внутреннего права — это прерогатива национальных судов (см. среди других решений, постановление «Крюслен против Франции» (Kruslin v. France) от 24 апреля 1990 года, Серия A, № 176-A, стр. 21, п. 29), Суд наряду с Правительством и Комиссией считает, что вмешательство было «предусмотрено законом».

 

B. Преследовало ли вмешательство законную цель?

 

43. Ясно, что оспариваемый приговор был направлен на наказание за разглашение сведений о секретном проекте по разработке оружия и, тем самым, на обеспечение «национальной безопасности», что является законной целью, в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции.

 

C. Было ли вмешательство «необходимым в демократическом обществе»?

 

44. Г-н Хатзианастассиу отрицал, что вмешательство было необходимым. Он утверждал, что рутинное техническое исследование, полностью основанное на его собственной документации, нельзя рассматривать, как представляющее угрозу национальной безопасности. В своем ответе на вопрос 1 (b) (см. пп. 11 и 12 выше) Военный Апелляционный Суд признал отсутствие какой-либо связи между исследованием, проводимым для военно-воздушных войск и исследованием для ELFON. По его мнению, должны были быть установлены правовые нормы, запрещающие военным офицерам Греции работать на частные компании или наоборот позволяющие это делать при условии неразглашения сведений, составляющих военную тайну. К тому же, Военный Апелляционный Суд не указал ни на одну разглашенную заявителем тайну.

 

45. В данном случае проект по производству управляемой ракеты, осуществляемый в военно-воздушных войсках, был отнесен к «военной тайне». Однако приговор апелляционного суда был основан на разглашении «информации общего характера», которую в военных интересах необходимо было держать в секрете. Назначенные судом эксперты до вынесения приговора пришли к выводу о том, что хотя два исследования и прибегали к различным методам, тем не менее, «некоторая передача технических сведений неизбежно произошла» (см. п. 9 выше).

 

Как и Правительство, Суд разделяет точку зрения, что разглашение интереса государства в данном виде оружия и соответствующих технических сведений, которые могли бы указать на прогресс в его производстве, способно нанести значительный ущерб национальной безопасности.

 

46. Необходимо также учитывать особые условия, с которыми сопряжена военная жизнь, и конкретные «обязательства» и «ответственность», возложенные на служащих вооруженных сил (см. постановление по делу «Энгель и другие против Нидерландов», приведенное выше, стр. 41, п. 100). Заявитель, будучи должностным лицом в K.E.T.A., ответственным за экспериментальную программу по производству ракеты, был связан обязательством действовать по собственному усмотрению в рамках осуществления своих обязанностей.

 

47. В свете этих рассуждений нельзя сказать, что военные суды Греции вышли за пределы усмотрения, который предоставлен внутренним органам власти в вопросах национальной безопасности. Представленные доказательства также указывают на разумную пропорциональность между принятыми мерами и преследуемой законной целью. Следовательно, не было установлено нарушения статьи 10 Конвенции.

 

 

III. Применение статьи 50 Конвенции

 

48. В соответствии со статьей 50,

 

«Если Суд сочтет, что решение или мера, принятые судебным или другим органом Высокой Договаривающейся стороны, полностью или частично противоречат обязательствам, вытекающим из… Конвенции, а внутригосударственное право указанной стороны допускает лишь частичное возмещение за последствия данного решения или меры, то по решению Суда, в случае необходимости, может быть назначена справедливая компенсация потерпевшей стороне».

 

Ссылаясь на данную статью, г-н Хатзианастассиу требовал компенсации судебных расходов и издержек, сначала в судах Греции (650 000 драхм), а затем в судебных органах по Конвенции (300 000 драхм и 29 260 французских франков).

 

Правительство сочло данные требования чрезмерными, поскольку суммы серьезно превышали установленные расценки на юридические услуги, предусмотренные законами Греции. Правительство заявило, что в случае установления нарушения согласно выплатить 100 000 драхм.

 

49. Суд отмечает, что в данном вопросе он не связан внутригосударственными расценками или критериями (см.,inter alia, постановление по делу «Грэнджер против Соединенного Королевства» (Grendger v. UnitedKingdom) от 28 марта 1990 года, Серия A, № 174, стр. 20, п. 55).

 

Как и Комиссия, Суд придерживается мнения, что из понесенных в Греции расходов, компенсация может быть выплачена только в отношении расходов в Кассационном Суде — 220 000 драхм. Суммы, заявленные в отношении разбирательств в Страсбурге, соответствуют критериям, изложенным в прецедентном праве и, соответственно, должны быть выплачены в полном объеме.

 

 

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД

 

1. Постановляет, что имело место нарушение пунктов 1 и 3 (b) статьи 6 Конвенции, взятых в совокупности;

2. Постановляет, что не было нарушения статьи 10 Конвенции;

3. Постановляет государству-ответчику выплатить заявителю в течение трех месяцев компенсацию судебных расходов и издержек в размере 29 260 (двадцать девять тысяч двести шестьдесят) французских франков и 520 000 (пятьсот двадцать тысяч) драхм;

4. Отклоняет остальную часть иска о справедливой компенсации.

 

 

Совершено на английском и французском языках, и оглашено в открытом судебном заседании во Дворце прав человека в Страсбурге 16 декабря 1992 года.

 

 

Ролф Риссдал                                                                                                   Председатель Суда

Марк-Андре Эйссен                                                                                       Секретарь Суда

 

 

 

В соответствии с пунктом 2 статьи 51 Конвенции и пунктом 2 Правила 53 Регламента Суда, к настоящему постановлению прилагается совпадающее мнение г-на Де Мейера.

 

 

 

Совпадающее мнение судьи Де Мейера

 

Наряду с остальными членами Палаты я придерживаюсь мнения о том, что в настоящем деле не было нарушения права на свободу выражения мнения, но причины для такого вывода я вижу более простые, нежели те, что изложены в пп. 39 и 47 настоящего постановления. Причины следующие:

 

1. Заявителю было предъявлено обвинение и вынесен приговор в соответствии с п. 2 статьи 97 Военного уголовного кодекса[3], за раскрытие секретной информации второстепенного значения[4].

 

2. Поскольку на военнослужащих возложены особые «обязательства и ответственность», при необходимости, им должно быть запрещено, если на то нет надлежащего разрешения, передавать третьей стороне информацию и идеи подобного рода, как в настоящем деле, даже если эти идеи и информация являются результатом их собственной работы. 

 

Тем более это касается такой информации и идей, которые были отнесены к секретным компетентными органами.

 

3. В случае, если военные нарушают этот запрет, суд, под юрисдикцию которого они подпадают, назначает им наказание, предусмотренное законом.

 

4. В настоящем деле нет доказательств того, что в отношении заявителя греческие суды преступили те полномочия, которые им предоставлены в этой сфере.

 

 

 

© Перевод Центра Защиты Прав СМИ, 2006

© Перевод с англ. М. Н. Залата

 



[1]Примечание Секретаря Суда: Дело зарегистрировано под номером 69/1991/321/393. Первое число указывает на номер дела в списке дел, переданных в Суд в соответствующем году (второе число). Последние два числа указывают номер дела в списке дел, переданных в Суд с момента его создания, и в списке соответствующих подданных заявлений в Комиссию.

[2]С внесенными поправками в соответствии со статьей 11 Протокола №8 (P8-11), который вступил в силу 1 января 1990 года.

[3]См. п. 21 постановления.
[4]См. п. 13 постановления.