Центр Защиты Прав СМИ
учреждён в 1996 году
09.09.2016
Союз журналистов России и Центр защиты прав СМИ объявляет Второй конкурс « Большие победы маленьких людей». К участию ...

«В скольких избирательных урнах похоронен пепел надежды!»

Иван Иванюк, журналист

28.09.2000

ЛОПЕШ ГОМЕШ ДА СИЛЬВА против ПОРТУГАЛИИ
(Lopes Gomes da Silva v. Portugal)

ЛОПЕШ ГОМЕШ ДА СИЛЬВА против ПОРТУГАЛИИ
(Lopes Gomes da Silva v. Portugal)
Судебное решение от 28 сентября 2000 г.
Решение может быть подвергнуто только редактированию по форме.

По делу "Лопеш Гомеш да Сильва (Lopes Gomes da Silva) против Португалии", Европейский Суд по правам человека (Четвертая Палата), заседая Палатой, в состав которой вошли:
г-н Г. Ресс, Председатель,
г-н А. Пасто Ридройхо,
г-н Л. Кафлиш,
г-н Е. Макарчик,
г-н И. Кабрал Баррету,
г-жа Н. Вайч,
г-н М. Пеллонпе, судьи,
а также г-н В. Бергер, Секретарь Палаты,

Проведя 30 мая и 7 сентября 2000 года совещания за закрытыми дверями,
Вынес следующее решение, которое было вынесено в последний из указанных выше дней:

ПРОЦЕДУРА
  1. Дело было начато после принятия Комиссией по правам человека (“Комиссия”) заявления (№ 37698/97) против Республики Португалия, которое было подано в соответствии с прежней cтатьей 25 Конвенции о защите прав человека и основных свобод гражданином Португалии, г-ном Висенте Хорхе Лопеш Гомеш да Сильва (Vicente Jorge Lopes Gomes da Silva) (“Заявитель”) 15 июля 1997 года.
  2. Заявитель был представлен г-ном Ф. Тейксейра да Мота (F. Teixeira da Mota), адвокатом из г. Лиссабона. Правительство Португалии (“Правительство”) было представлено г-ном А. Энрике Гаспаром (A. Henriques Gaspar), уполномоченным представителем, Заместителем главного прокурора.
  3. Заявитель, в частности, утверждал, что обвинение в его адрес нарушало его право на свободу выражения мнения.
  4. Заявление было передано в Суд 1 ноября 1998 года, когда вступил в силу Протокол № 11 Конвенции (п. 2 статьи 5 Протокола № 11).
  5. Заявление было назначено к рассмотрению в Четвертую Палату Суда (п. 1 правила 52 Регламента). Палата, рассматривающая дело (п. 1 статьи 27 Конвенции), была сформирована в соответствии с п. 1 правила 26 Регламента.
  6. Решением от 13 января 2000 года Палата объявила жалобу приемлемой.
  7. Открытое рассмотрение дела состоялось во Дворце прав человека в Стасбурге 30 мая 2000 года.

В Суде присутствовали:
(а) со стороны Правительства
г-н А. Энрике Гаспар, Заместитель генерального прокурора, уполномоченный,
г-н Х.Ф. де Фария Коста (J.F. de Faria Costa), Профессор факультета права,
Университет Коймбра (Coimbra) консультант;
(b) со стороны заявителя
г-н Ф. Тейксейра да Мота, адвокат, советник.

Суд выслушал их обращения.
ФАКТЫ
  1. Обстоятельства дела
  1. Заявитель по национальности – португалец. Он родился в 1945 году и проживает в г. Лиссабон, журналист, на момент рассмотрения дела был менеджером ежедневной газеты с крупным тиражом “Публико” (Publico).
  2. В номере “Публико” от 10 июня 1993 года была опубликована статья, сообщающая, что Народная Партия (Partido Popular – CDS/PP) обратилась с просьбой к г-ну Сильве Резенде (Silva Resende) принять участие в выборах в Городской совет г. Лиссабона. Эта информация была также опубликована пресс-агентством Португалии, LUSA.
  3. На этой же странице заявитель разместил редакционную статью, содержащую следующие отрывки:
  4. “… [Председатель CDS/PP] превзошел все самые вульгарные карикатуры… Это становится очевидным из необдуманного выбора, сделанного руководством CDS, кандидатуры, стоящей на первом месте в списке партии для участия в выборах Городского совета Лиссабона. Необходимо только прочесть отрывки из недавних статей Сильвы Резенде в “Джорнал до Диа” (Jornal do Dia), которые мы публикуем в этом номере, чтобы составить мнение о личности, которой оказывает поддержку новая Народная Партия в главных выборах в городской совет страны. Как смехотворно и нелепо это может показаться, но это – правда. Даже в самых древних или устаревших сундуках (arcas) Салазаризма нельзя было откопать более нелепую и потешную (bocal) кандидатуру – настолько немыслимую смесь грубого реакционизма (reaccionarismo alarve), фашистского фанатизма и ярого анти-семитизма. Любой видный деятель Салазарского режима (Estado Novo) или любой мэр Лиссабона из этого режима покажутся просто прогрессивными по сравнению с этой гениальной находкой…. Это мог быть неуместный анекдот или неправдоподобная политическая оплошность, если бы это не служило разоблачением скрытой стороны, которую CDS пытается замаскировать под иллюзорный плащ современного права. Неспособное найти кандидатуру, которая заслуживала бы доверие, в Городской совет Лиссабона, руководство CDS прибегло к человеку, который представляет наиболее самодовольные, устаревшие и смехотворные взгляды правого крыла Португалии. Этот человек, о существовании которого никогда не заговорили бы и образ которого не смог бы создать даже юморист с сомнительным вкусом, является последним последователем (abencerages) Салазарского режима 90-х. Мы полагаем, что молодой лидер [CDS/PP] считает, что нашел, отчаявшись, кого-то, способного извлечь выгоду из футбольных фанатов – поле деятельности, на котором Сильва Резенде выковал себе замечательную карьеру. Складывается мнение, что большинство молодых турков в руководстве CDS довольствуются чтением футбольных колонок Сильвы Резенде, абсолютно не подозревая о редкостных жемчужинах его политических взглядов…”.

  5. В этом же номере "Публико" (Publico) приводились многочисленные отрывки недавних статей Сильвы Резенде, опубликованные на той же странице, что и редакционная статья заявителя. Ниже приводится выборка этих отрывков:

“Лысый еврей [г-н Л. Фабиус] [L. Fabius], который тратит свою жизнь, во время своих появлений на публике, на болтовню в поддержку атеизма и Республики (любой читатель со средним интеллектом сделает вывод о его настоящих намерениях из этих двух столпов религиозной и патриотической нечестивости) заключил после проведения выборов, что они [социалисты] потерпели поражение из-за своей политической деятельности, а не из-за своих идеалов”. (Jornal do Dia, 16.4.93).

“Прошлое семейства Клинтонов и, кроме всего прочего, сам стиль их предвыборной кампании в Белый дом являются ключом для понимания новой конспиративности левых, которая имеет максимальный уклон в сторону войны на чужой собственности, культа агностицизма, нравственного релятивизма, социального лицемерия, нечеловеческого атеизма жизни. Чтобы получить представление о силах, мобилизованных, чтобы протолкнуть семейство Клинтонов к власти, достаточно упомянуть тот факт, что еврейские лоббисты покрыли 60% издержек на проведение предвыборной кампании, составляя всего лишь 5% электората”. (Jornal do Dia, 16.4.93).

[о революции 25 апреля 1974 года]

“…Американцы и русские сговорились совершить акт вероломства против Португалии в Лиссабоне. Нас предали Соединенные Штаты, нас предало НАТО, которая разместила военно-морской флот у ворот Лиссабона на случай провала нападения”. (Jornal do Dia, 21.5.93).

“Это не простое совпадение, что политики повсюду замешаны в серьезной коррупции. Этот моральный хаос, угрожающий миру, сеющий разобщенность и влекущий небесное наказание, начался несколько лет назад, когда машина идеологической травли и агенты пропаганды греха спокойно внедрились во все сферы, развращая молодежь, обращая их веру к идолам, отрывая женщин от святая святых – дома, заполняя мир демонстрацией порока и, в конце концов, просочившись в политические партии и ставя их на службу нечестивости.” (Jornal do Dia, 25.5.93).

“Масонская ложа и еврейская синагога, хотя и не настаивают на инициации своих прав и деятельности, постоянно заигрывают с власть придержащими. Иногда их члены преуспевают настолько, что занимают общественные посты. Национальный Фронт Ле Пена – единственное исключение из этого более или менее ловкого проникновения. “Лепенизму” прилепили ярлык расистского движения и стали преследовать самыми изощренными способами, начиная от нападок среди бела дня, саботажа митингов и систематической клеветы, и заканчивая принятием чудовищных законов, которые препятствуют его проникновению в общественное устройство и, кроме того, к лестницам, ведущим к власти. Национальный Фронт конечно не свободен от числа политических грехов, но является единственной силой, открыто борющейся за возрождение цивилизации паладина Франца Христиана в противовес левизму, который с 1789 года пожирает национальную энергию, и который превратил национальный флаг в символ ереси”. (Jornal do Dia, 27.5.93).

“Мне больно от того, что приходится говорить о вопросах, в которых чувствуется дыхание сатаны. Однако город человечества состоит из разных людей, и дьявол, несомненно, пытается оказать влияние на этот мир, опустошенный грехом… Десять лет назад во Франции был проведен опрос, касающийся отношения людей к греху. Большинство опрошенных считали, что грех не существует, а является лишь запретом, придуманным средневековым мракобесием. Гигантский регресс общества, следующий из подобных ответов, дает нам представление, насколько упадочны мы стали, и насколько велика бездна, в которую падает современное общество”. (Jornal do Dia, 5.6.93).

“Большинство людей не знают, что Гитлер и Муссолини были социалистами и пробились к власти в своих странах, используя все уловки и всякого рода насилие, представленные им канонами левых”. (Jornal do Dia, 8.6.93).

  1. За публикацией данной редакционной статьи последовало заявление о привлечении к уголовной ответственности заявителя, поданное г-ном Сильвой Резенде в прокуратуру г. Лиссабона, в котором он добивался вмешательства в расследование в качестве помощника прокурора (assistente). Заявителю предъявили обвинение в клевете через прессу (abuso de liberdade de imprensa).
  2. Решением Уголовного суда г. Лиссабона от 15 мая 1995 года заявитель был оправдан. Суд отметил, что выражения, использованные заявителем, могли быть истолкованы как оскорбление, но они не содержали намерения опорочить. По мнению суда – выражения, представляющие предмет спора, должны истолковываться как критика политических убеждений г-на Сильвы Резенде, а не как критика его репутации и поведения. Суд также отметил, что следовало учесть отрывки из статей, написанных г-ном Сильвой Резенде, и язвительную манеру, в которой он упоминал некоторых общественных деятелей и критиковал их физическую форму.
  3. Решением от 29 ноября 1995 года Апелляционный суд г. Лиссабона отменил вышеуказанное судебное решение после апелляции, поданной г-ном Сильвой Резенде и государственным обвинителем. Суд взвесил конфликтующие интересы и счел некоторые выражения, использованные заявителем, такие как “нелепый”, “потешный” и “ярый”, оскорбительными и выходящими за рамки свободы выражения мнения. По мнению Апелляционного суда, заявитель по неосторожности совершил преступление, в котором его обвиняли. На заявителя был наложен штраф в размере 150 000 португальских эскудо. Заявитель должен был также возместить ущерб г-ну Сильве Резенде в размере 250 000 эскудо и оплатить его издержки, которые составили 80 000 эскудо.
  4. В соответствии, inter alia, со статьей 10 Конвенции заявитель подал конституционную жалобу в Конституционный суд (Tribunal Constitucional). Он утверждал, что толкование Апелляционным судом соответствующих статей Уголовного Кодекса и Закона о прессе нарушало Конституцию.
  5. Решением от 5 февраля 1997 года Конституционный суд отклонил жалобу, о чем заявитель был уведомлен 10 февраля 1997 года. Подчеркнув, что и Конституция, и статья 10 Конвенции устанавливают некоторые ограничения на свободу выражения мнения, суд счел, что статьи, на которые ссылался заявитель, в том виде, в каком они были истолкованы и применены Апелляционным судом, не противоречили Конституции.
  6. II. Соответствующие внутригосударственные правовые нормы
  7. Статьи 38 и 26 (действующие на момент рассмотрения дела) Конституции Португалии защищают свободу прессы и право на уважение чести и репутации гражданина.
  8. Статья 164 Уголовного Кодекса на момент рассмотрения дела гласила:
  9. “1. Любое лицо, которое при обращении к третьей стороне, обвиняет другое лицо путем простого подозрения, или высказывает мнение, оскорбляющее честь и репутацию этого лица, или повторяет подобное обвинение или мнение, приговаривается к тюремному заключению сроком до шести месяцев или наказывается штрафом в размере дохода осужденного за 50 дней.

    2. Автор высказывания не несет ответственности

    (а) если обвинение мотивировано законным общественным интересом или другой справедливой причиной; и

    (b) если он докажет правдивость данного обвинения или имеет веские основания, без злого умысла, полагать, что обвинение правдиво.

    3. Защита добросовестности не допускается в тех случаях, когда автор нарушил обязательства, возложенные обстоятельствами данного дела, и не удостоверился в правдивости данного обвинения…”.

  10. Часть 2 статьи 167 Уголовного кодекса увеличивает вышеуказанное наказание до тюремного заключения сроком до двух лет и штрафа в размере дохода осужденного за 240 дней за преступления, совершенные через прессу.
  11. Часть 1 статьи 25 Закона о прессе, в действующей на момент рассмотрения дела редакции (Указ № 85-С/78 от 26 февраля 1978 года), гласит:
  12. “Действия или поведение, способные нарушить законный интерес, защищаемый уголовным законом, и совершенные посредством публикации текстов или изображений в прессе, считаются преступлениями, совершенными через прессу”.

  13. Часть 2 cтатьи 25 указывала, что подобные преступления подпадали под действие уголовного законодательства. Она также предусматривала замену тюремного наказания наказанием в виде штрафа в том случае, если у обвиняемого в прошлом не было судимости за подобное преступление.
  14.  
    ПРАВО
    I. Предполагаемое нарушение статьи 10 Конвенции
  15. Заявитель подал жалобу, что обвинение судов Португалии нарушало его право на свободу выражения мнения, гарантированную статьей 10 Конвенции, которая гласит:
  16. “1. Каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ…

    2.Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия”.

  17. Стороны согласились, что вышеуказанное обвинение представляло собой “вмешательство” в осуществление этой свободы. Они также согласились, что вмешательство было предусмотрено законом – статьями 164 и 167 Уголовного кодекса и статьей 25 Закона о прессе (см. выше пункты 18-21) – и направлено на защиту “репутации или прав других лиц” в рамках п. 2 статьи 10 Конвенции.
  18. Слушание в суде касалось вопроса о “необходимости … данного вмешательства … в демократическом обществе” для достижения этой цели.

    А. Аргументы сторон
    1. Заявитель
  19. Заявитель сначала указал, что согласно прецедентному праву различных институтов Конвенции, пределы судебного усмотрения Государства в отношении свободы выражения мнения не является безграничными и являются предметом контроля со стороны европейских органов. Исходя из фактических обстоятельств данного дела рассматриваемое вмешательство было непропорциональным той законной цели, которую оно преследовало.
  20. По утверждению заявителя, статья, представляющая предмет спора, должна читаться в общем контексте. Ее единственной целью было осудить выбор кандидатуры для участия в выборах на важный политический пост, а именно мэра Городского совета г. Лиссабона. Заявитель счел этот выбор достойным порицания, потому что, по его мнению, кандидат выступал за идеи, которые противоречили идеям демократического и плюралистичного общества. Выражения, вызвавшие критику со стороны Апелляционного суда, были, таким образом, направлены против идей г-на Сильвы Резенде, но не против него лично.

  21. Заявитель признал, что его статья носила озлобленный и провокационный характер, но подчеркнул, что его отношение было вызвано не менее озлобленным характером политической идеологии и стилем вышеуказанного человека, который регулярно печатался в прессе, будучи политическим комментатором. В этой связи заявитель, приложил немалые усилия и, наряду со своей статьей, опубликовал отрывки г-на Сильвы Резенде, которые ясно выражали идеологию последнего и были написаны с использованием слов, более дерзких, чем в редакционной статье.
  22. Соответственно, заявитель настаивал на том, что привлечение его к уголовной ответственности не было вызвано острой социальной необходимостью, а представляло собой открытую форму запугивания журналистов судебным путем, что было абсолютно несопоставимо со статьей 10 Конвенции.
  23. 2. Правительство
  24. Правительство, напротив, утверждало, что привлечение заявителя было необходимо в демократическом обществе. Представители правительства заявили, что защита права на уважение чести и репутации отдельных лиц также является обязанностью Государства. Государство прибегает к различным мерам для защиты этого фундаментального права, в том числе и к мерам, предусмотренным уголовным законодательством.
  25. Правительство подчеркнуло, что осуществление свободы выражения мнения может быть активным и даже злобным, но не заходить так далеко, чтобы наносить вред чести и доброму имени отдельных лиц. В полномочия судов входит налагать наказание за неумеренное поведение путем наказания, соразмерного этому поведению. Правительство указало, что в этой связи рассматриваемое наказание было минимальным.
  26. Правительство снова сослалось на решения национальных судов, в которых говорилось, что выражения, использованные заявителем, могли быть истолкованы как нападки на самого истца, а не только на его политические взгляды. Оно также высказалось, что данное судебное дело отличается от предыдущих дел, разрешенных Европейским Судом, где рассматривался вопрос об оценочных суждениях о поведении какого-либо отдельного лица, но не о личности гражданина. Представители правительства подчеркнули, что Суд не может ставить под сомнение оценку фактов, сделанную судами Португалии, в основе которой лежит более четкое понимание национальной реальности, и не допускать риска выступать в качестве четвертой инстанции по отношению к системе национальных судов, что противоречит духу и букве Конвенции.
  27. В. Оценка Суда
    1. Общие принципы
  28. Суд снова привел основные принципы судебной практики, связанные со статьей 10:
  1. Свобода выражения мнений является одной из фундаментальных основ демократического общества и одним из основных условий его развития и самосовершенствования каждой личности. Как отмечено в п. 2 статьи 10, она относится не только к той “информации” или тем “идеям”, которые получены законным путем или считаются не оскорбительными или незначительными, но и тех, которые оскорбляют или вызывают возмущение. Таковыми являются требования терпимости, плюрализма и широты взглядов, без которых “демократическое общество” невозможно. Как указано в статье 10, осуществление этой свободы предполагает ограничения, которые, вместе с тем, должны быть четко установлены и их необходимость должна быть убедительно доказана (см. решения "Йерсилд против Дании" ("Jersild v. Denmark") от 23 сентября 1994 г., Series А, № 298, стр. 23, п. 31; "Яновский против Польши" ("Janowski v. Poland") [GC], № 25716/94, п. 30, ЕКПЧ 1999-I; и "Нилсен и Джонсен против Норвегии" ("Nilsen and Johnsen v. Norway") [GC], п. 43, ЕКПЧ 1999-VIII).
  2. Эти принципы имеют особую важность по отношению к прессе: в то время, как она не должна переходить известные границы, в частности, в целях "защиты репутации других лиц", на ней, тем не менее, лежит обязанность сообщать информацию и идеи по политическим вопросам, также как и по другим вопросам, имеющим общественное значение. Что касается границ приемлемой критики, то они шире по отношению к политическому деятелю, осуществляющему свои общественные функции, чем просто по отношению к частному лицу. Политический деятель неизбежно и сознательно выставляет свои действия и поведение под пристальный контроль, как журналистов, так и общества, и поэтому должен проявлять большую степень терпимости, главным образом, когда он сам делает публичные заявления, которые могут вызвать ответную критику. Политический деятель, безусловно, имеет право защищать свою репутацию, даже вне рамок его частной жизни, но требованиям такой защиты должны быть противопоставлены интересы открытой дискуссии по политическим вопросам, с учетом того, что ограничения свободы выражения мнения должны толковаться узко (см., в частности, судебное решение по делу "Обершлик против Австрии (№ 2)" ("Oberschlic v. Austria (no.2)") от 1 июля 1997 года, Сборник судебных постановлений и решений 1997-IV, стр. 1274-75, п. 29).
  3. Определение того, являлось ли данное ограничение “необходимым в демократическом обществе” требует Суд установить, существует ли “настоятельная общественная потребность”, которая оправдывает то или иное ограничение, пропорционально ли ограничение преследуемой законной цели, и достаточно ли обоснованы причины этого ограничения (см. решение "Санди Таймс" против Соединенного Королевства (№ 1)" ("The Sunday Times v. The United Kingdom (no.1)") от 26 апреля 1979 года, Series А, № 30, стр. 38, п. 62). Как правило, при определении, существует ли эта потребность и какие меры должны быть приняты, чтобы удовлетворить ее, которая оправдывает то или иное ограничение, национальные власти пользуются определенной свободой усмотрения. Но данная свобода усмотрения не абсолютна и подчиняется Европейскому контролю со стороны Суда, который должен вынести окончательное решение на предмет соответствия ограничения свободе выражения мнения, как она защищается статьей 10 (см. среди многих других источников решение по делу "Нилсен и Джонсен против Норвегии", упомянутое выше, п. 43) Осуществляя этот контроль, Суд не ставит перед собой цель подменять своими взглядами позицию соответствующих внутригосударственных органов, он призван скорее проверять, в свете статьи 10 и обстоятельств всего дела, вынесенные национальными судами решения, которые последние выносят, используя свое право на свободу усмотрения (см. там же).
2. Применение вышеупомянутых принципов в данном деле
  1. В данном деле г-н Лопеш Гомеш да Сильва обвинялся в клевете через прессу в связи с выражениями, которые он использовал в редакционной статье от 10 июня 1993 года для описания г-на Сильвы Резенде. В отличие от Уголовного суда г. Лиссабона, который оправдал заявителя, Апелляционный суд г. Лиссабона счел, в частности, выражения “нелепый”, “потешный” и “ярый” оскорбительными и выходящими за рамки свободы выражения мнения. Апелляционный суд установил, что эти выражения могли быть истолкованы не только как нападки на политические взгляды г-на Сильвы Резенде, но и применительно к нему лично. Конституционный суд, в свою очередь, не нашел никакого нарушения конституционных принципов в том, каким образом Апелляционный суд истолковал и использовал соответствующие статьи Уголовного кодекса и Закона о прессе.
  2. Суд был призван проанализировать решения судов Португалии, в частности, Апелляционного суда г. Лиссабона, в свете фактов всего дела, включая публикацию, ставшую предметом спора, и обстоятельства, при которых она была написана.
  3. Первым среди тех обстоятельств было известие, опубликованное в ежедневной газете, менеджером которой был заявитель, а также в информ - агентстве, о том, что Народная Партия обратилась к г-ну Сильве Резенде с просьбой принять участие в выборах в городской совет г. Лиссабона.

    В своей редакционной статье, в виде реакции на данное известие, заявитель выразил свое мнение относительно политических взглядов и идеологии г-на Сильвы Резенде, относящееся, главным образом, к политической стратегии Народной Партии при выборе данной кандидатуры.

  4. Данная ситуация явно затрагивала политическую дискуссию по вопросам, представляющим общественную значимость, и относилась к той сфере, еще раз подчеркнул Суд, в которой любые ограничения свободы выражения мнения должны быть четко сформулированы.
  5. Признавая, что статья заявителя и, в частности, выражения, которые он использовал, носят спорный характер, они все же не представляют собой необоснованные личные нападки, так как заявитель подкрепляет их объективными пояснениями. Суд в этой связи обратил внимание, что зачастую политическая брань переливается в личную сферу – таков риск политики и свободного обсуждения идей, выступающих гарантами демократического общества. Соответственно, заявитель высказал мнение, сформированное политическими убеждениями г-на Сильвы Резенде, который сам регулярно выступал в прессе в качестве комментатора. Если бы подобное мнение не имело под собой фактической основы, оно могло бы считаться неуместным, но в свете установленных фактов оно таковым не является. В заключение, следует отметить, что журналистская свобода допускает определенную степень преувеличения и даже провокации (см. решение "Прагер и Обершлик против Австрии" (" Prager and Oberschlic v. Austria") от 26 апреля 1995 года, Series А, № 313, стр. 19, п. 38).
  6. Суд считает, что высказанные г-ном Сильвой Резенде мнения, которые были опубликованы наряду с редакционной статьей, также носили озлобленный, провокационный характер и выходили за рамки простой полемики, что стиль статьи заявителя был обусловлен стилем статей г-на Сильвы Резенде.
  7. Далее, напечатав наряду со своей редакционной статьей многочисленные отрывки из недавних статей г-на Сильвы Резенде, заявитель, будучи в тот момент менеджером газеты “Публико”, действовал в соответствии с правилами журналистской профессии. Таким образом, заявитель не только высказал свое мнение относительно этих статей, но и позволил читателям сформировать самостоятельное мнение о человеке, о котором говорилось в редакционной статье. Суд придает огромное значение данному факту.

  8. Соответственно противоречие вызывает не то, что по утверждениям правительства заявитель понес минимальное наказание, а то, что он вообще его понес (см. вышеупомянутое решение "Йерсилд против Дании", стр. 25, п. 35). Привлечение журналиста к уголовной ответственности не было пропорционально преследуемой законной цели, так как нарушало интересы демократического общества в обеспечении и поддержании свободы прессы.
  9. Следовательно, имело место нарушение статьи 10 Конвенции.
  10. II. Применение статьи 41 Конвенции
  11. Статья 41 Конвенции гласит:
  12. “Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне”.

    А. Ущерб
  13. Г-н Лопеш Гомеш да Сильва заявил, что не требует компенсации за причиненный моральный вред. Однако он потребовал 480 000 португальских эскудо, выплаченных по приговору судов Португалии в качестве штрафа, компенсации, выплаченной г-ну Сильве Резенде и других судебных издержек.
  14. Правительство не возражало против выплаты указанной суммы в случае установления нарушения Конвенции.
  15. Суд считает разумным выплатить заявителю все указанные суммы и, установление нарушения в настоящем решении, считает справедливой компенсацией морального вреда.
  16. В. Судебные издержки
  17. Заявитель потребовал 258 297 португальских эскудо в качестве возмещения дорожных расходов и расходов на проживание, вытекающих из присутствия советника на слушании в Страсбурге. Он также потребовал выплаты определенной суммы в качестве гонорара советнику, но определение этой суммы оставил на усмотрение суда.
  18. Правительство также оставило этот вопрос на усмотрение суда.
  19. Суд считает разумным возмещение всех вышеуказанных расходов. В отношении гонорара, суд по объективным причинам считает уместным выплатить заявителю 1500000 португальских эскудо.
  20. С. Мораторная процентная ставка
  21. Согласно информации, которой располагает Суд, применимая установленная законом процентная ставка в Португалии на день принятия настоящего решения составляет 7% в год.
НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО
  1. Постановляет, что имело место нарушение статьи 10 Конвенции;
  2. Постановляет
  3. (а) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в течение трех последующих месяцев, начиная со дня, когда данное постановление окончательно вступит в силу в соответствии с п. 2 статьи 44 Конвенции, 480 000 (четыреста восемьдесят тысяч) португальских эскудо в качестве возмещения материального ущерба и 1 758 297 (один миллион семьсот пятьдесят тысяч двести девяносто семь) португальских эскудо в качестве возмещения судебных издержек;

    (b) все эти суммы увеличить на процентную ставку в 7% годовых, начиная с истечения указанного срока и вплоть до выплаты;

  4. Постановляет, что данное решение представляет собой справедливую компенсацию за нанесенный моральный вред.
 

Совершено на французском языке и распространено на открытом слушании во Дворце прав человека в Страсбурге 28 сентября 2000 года.

 
Георг Ресс Председатель
Винсент Бергер Секретарь
© Перевод Центра Защиты Прав СМИ, 2004