Центр Защиты Прав СМИ
учреждён в 1996 году
09.09.2016
Союз журналистов России и Центр защиты прав СМИ объявляет Второй конкурс « Большие победы маленьких людей». К участию ...

«Нравственное падение не мешает восхождению по служебной лестнице»

Артур Васильев, социолог

27.04.2014

Нужна ли нам свобода слова?

Нужна ли нам свобода слова - право, закреплённое в 29-й статье Конституции Российской Федерации?

Сегодня в России появляется всё больше законов, норм и регламентов, ограничивающих свободу слова и свободу СМИ. Так нужна ли нам свобода слова? На эту тему в студии «МОЁ! ТВ» размышляли директор и ведущий юрист Центра защиты прав СМИ Галина Арапова, публицист и писатель, глава Издательского дома «Свободная пресса» Александр Лапин и главный редактор «МОЁ!» Владимир Мазенко.

«Больше, чем ценность»

Владимир Мазенко (В.М.): Галина, в обществе в последнее время всё чаще можно услышать вопрос: а является ли свобода слова такой уж ценностью? 

Галина Арапова (Г.А.): Это даже больше, чем правовая ценность, это необходимость для любого человека — иметь возможность получать объективную информацию о событиях, происходящих в мире. Ценность свободы слова закреплена во всех фундаментальных международных актах. Поэтому свобода распространения информации (я бы сейчас уже не говорила о свободе слова, которую мы утратили), возможность высказывания различных точек зрения, возможность получения информации из различных источников — это очень большая ценность, значение которой далеко не все граждане понимают. Не получая информации, не имея возможности свободно обмениваться ею, люди также утрачивают возможность на государственном, общественном уровне гарантировать себе другие права — право на частную жизнь, право на свободу выбора профессии, огромное количество других прав — социальных, политических, гражданских, трудовых. Они все завязаны на свободе слова. Поэтому в системе универсальных ценностей свобода слова является системообразующей по отношению к другим правам, в том числе даже к праву на жизнь. Ведь, не имея возможности получать важную информацию вовремя, мы можем не знать, что что-то угрожает нашей жизни. Вспомним хотя бы тот же Чернобыль или недавнюю трагедию в Крымске.

В.М.: Александр Алексеевич, у вас есть возможность видеть ситуацию с двух сторон: с одной стороны, вы возглавляете Издательский дом, в котором выходят независимые СМИ, с другой стороны, вы депутат областной Думы. У нас далеко не все депутаты разделяют ценность свободы слова. Насколько свобода слова способна мешать или помогать власти, по вашему мнению? 

Александр Лапин (А.Л.): Власти она помогает. Только имея возможность получать информацию непредвзятую, мы можем принимать адекватные решения. А если информация искажается, если происходит замалчивание, сокрытие информации, то решения принимаются неправильные и порой даже глупые. Есть те, кто понимает, что свобода слова — это ценность, но большинство считает, что чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Но сон может быть прерван в любой момент, и тогда открываются такие вещи, о которых власть имущие даже не подозревали.

«Серьёзная деградация законодательства»

В.М.: Галина, по вашим наблюдениям, насколько государство способствует реализации права на свободу слова? В по­следнее время было много инициатив, которые неоднозначно воспринимались журналистским сообществом. 

Г.А.: Я бы сказала, что журналистским сообществом последние инициативы воспринимались однозначно — очень негативно. К большому сожалению, законодательство о СМИ и свободе информации за последнюю пару лет претерпело катастрофические изменения. Каждый день с ужасом наблюдаю новые инициативы депутатов Госдумы, которые заботятся только о том, чтобы их не критиковали, их позиция не ставилась обществом и журналистами под сомнение. Это, конечно, создаёт некий информационный иммунитет им лично, но и влияет на всю информационную среду в государстве, фактически накладывая табу на многие общественно значимые темы. 

Я, как специалист в области информационного права, наблюдаю серьёзную деградацию законодательства в этой сфере. Хотя изначально Закон о средствах массовой информации был достаточно прогрессивным — права и обязанности журналиста ничуть не хуже тех, которыми наделены журналисты в Европе, были надежные гарантии профессиональной работы, возможность распространять информацию в защиту общественного интереса. Сейчас это во многом ограничено, введены многообразные и не всегда внятные основания для закрытия СМИ, блокировки интернет-ресурсов даже без судебного решения. Кроме того, сейчас мы наблюдаем колоссальную монополизацию прессы со стороны государства, что не позволяет представлять в СМИ разнообразные точки зрения. 

В.М.: Журналистское сообщество в России способно себя защищать?

Г.А.: Медиасообщество весьма разрозненно. Журналисты не видят поддержки их профессиональной деятельности как имеющей ценность для государства, для общества. Нет гарантий безопасности журналистов. За последние 20 лет убито 350 журналистов, и многие из этих убийств не были эффективно расследованы. Статья 144 Уголовного кодекса, которая устанавливает уголовную ответственность за воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов, практически не работает. 

«Степень свободы определяется менталитетом»

В.М.: Александр Алексеевич, вы высказывали мысль, что сами журналисты и общество нередко провоцируют власть на закручивание гаек… 

А.Л.: Вот пример этому: недавно прогремело два случая стрельбы с человеческими жертвами в Белгороде и Москве. Как реагирует пресса? Начинают искать виноватых. В конечном итоге обвиняют власть, которая либо не воспитала, либо не препятствовала. Соответственно, градус народного возмущения поднимается, все требуют ужесточения мер. После случая с белгородским стрелком было принято решение ужесточить правила покупки оружия. Надо было на две недели бросить работу — идти на курсы, чтобы научиться стрелять из собственного ружья, продлевать документы на оружие, которое у тебя уже 20 лет стоит. Разумеется, никто не будет этим заниматься, а ввиду всеобщей коррупции все справки будут куплены. 

Г.А.: Беда в том, что законодательные инициативы часто не обсуждаются с экспертами, да и с тем же обществом. Нередко инициативы возникают как персональная реакция депутатов Госдумы на журналистские расследования и публикации. Новая статья о неприкосновенности личной жизни, которая фактически  делает невозможными журналистские расследования, появилась как результат нескольких публикаций в прессе, в которых описывались шубохранилище Якунина или место учёбы детей депутата Госдумы Сергея Железняка. Подобные инициативы сомнительны с точки зрения права. 

А.Л.: Степень свободы в обществе определяется его менталитетом, умением жить в свободном обществе, договариваться, находить консенсус. Мы сами своим поведением устанавливаем уровень свободы. Чтобы пользоваться свободой, надо иметь зрелость в обществе, в общественном сознании. 

Г.А.: Я с вами абсолютно согласна. Чтобы пользоваться свободой, нужно иметь гражданскую зрелость. Но для этого нужно иметь должное образование, должны быть адекватные средства массовой информации, которые не занимаются одебиливанием населения, иначе население не будет способно грамотно, взвешенно пользоваться свободой и оценить важность и качество той или иной информации. Любая пропаганда, которая выдаётся за журналистику, воспринимается обществом как собственно журналистика. В этой ситуации речь не идёт об ответственности журналиста при освещении ситуации, о представленности различных мнений. Активными приёмами  пропаганды являются как замалчивание, так и  прямая дезинформация.  И люди начинают думать, что именно так и должны работать журналисты.

 

Источник: "Моё!"