Центр Защиты Прав СМИ
учреждён в 1996 году
28.09.2017
В рамках мероприятия участники дискуссии расскажут об изменениях закона для СМИ за последние пару лет. 

«Иногда знать важнее, чем понимать»

Болеслав Вольтер, д.т.н., профессор

10.07.2013

Чем грозят журналистам новые поправки в Гражданском кодексе

Директор и ведущий юрист Центра защиты прав СМИ Галина Арапова комментирует поправки в Гражданский кодекс РФ, принятые Госдумой в третьем чтении.

 

— В третьем чтении приняты поправки в Гражданский кодекс, которые вступят в силу с 1 октября 2013 года. Изменения напрямую затронут работу журналистов и редакций СМИ. Во-первых, введено новое правило об опровержении непорочащих недостоверных сведений, так называемой «нейтральной или доброй лжи» о человеке. Например, если ошибочно написано, что он стал лауреатом престижного  конкурса или  назначен на новую должность, а это неправда, то он может требовать публикации опровержения.  По сути, новая норма дублирует уже 20 лет существующее в Законе «О СМИ» право на ответ (ст. 46).   Поэтому причина принятия этой нормы  – вряд ли необходимость регулирования спорных ситуаций, они давно урегулированы Законом «О СМИ».

Во-вторых, вводится новая норма об охране частной жизни гражданина, в которой установлен запрет на сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни. В частности, без согласия гражданина нельзя публиковать сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.  Исключение составляют случаи распространения информации в защиту общественного интереса или если такая информация ранее стала общедоступной, либо была раскрыта самим гражданином или по его воле. Конечно, в статье есть исключения из общего правила, и вроде как информацию о частной жизни граждан можно публиковать в «защиту общественного интереса». Но отсутствие определения этого термина и полное оставление решения вопроса на усмотрение  судьи вселяют серьезные опасения.

Таким образом, расставлены довольно жесткие рамки – что можно, а что нельзя писать о гражданах. Ннекоторые из них кажутся слишком избыточными. Например, вряд ли можно счесть обоснованным ограничение в части сведений о происхождении или месте пребывания гражданина, поскольку эти сведения не относятся к конфиденциальным или щекотливым обстоятельствам жизни, которые граждане, как правило, стремятся скрыть от посторонних глаз. В таком случае банальная информация о том, что «недавно назначенный начальником такого-то учреждения, выходец из Башкирии Петр Иванов, в настоящее время находящийся в служебной командировке в Германии, попал в ДТП…»  - будет незаконно указывать и на происхождение и на место нахождения г-на Иванова и может вызвать судебный иск к газете, что конечно же, абсурдно и лишь повысит уровень самоцензуры среди журналистов. Такое требование не будет способствовать информированию читателей и увеличит число не всегда обоснованных претензий к СМИ.

Также крайне негативное влияние на прессу окажет норма, дающая возможность требовать изъятия и уничтожения (без какой либо компенсации) материальных носителей, содержащих информацию, нарушающую частную жизнь гражданина. Это тиражи печатных изданий,   материалы на порталах интернет-СМИ, брошюры и т.д.  Как законодатель представляет себе реализацию этой нормы применительно к интернет-СМИ (блокировка страницы или всего ресурса или  в случае перепечатки материалов в социальных сетях), или применительно к уже проданному тиражу газет – вообще не понятно. В связи с этим в случае судебного спора на судей ложится слишком серьезная ответственность в части оценки наличия «общественной значимости» в распространенной информации и поиска баланса между правом журналистов на распространение информации, правом общества на получение сведений через СМИ с одной стороны, и правом обиженного гражданина на защиту частной жизни – с другой.  Излишне жесткое регулирование не пойдет на пользу обществу: это снизит актуальность публикаций в СМИ, повысит уровень самоцензуры, увеличит число судебных конфликтов с участием прессы и сведет на нет какую-либо конкретику и критику в прессе, не говоря уже о фактическом табу на журналистские расследования. 

Мы всерьез опасаемся, что этой нормой будут манипулировать в целях пресечения распространения критической информации или журналистских расследований, поскольку она сформулирована слишком расплывчато и оставляет слишком большое пространство для произвольного толкования и применения.   Скоропалительное принятие этих поправок (всего за 2 недели!), лишний раз показывает, что они не только не доработаны, но и являются очевидной контрреакций депутатов Госдумы на поток острых публикаций журналистов и блогеров о зарубежной недвижимости представителей власти, об их детях, получающих образование в элитных швейцарских и английских школах, о «супердаче» с шубохранилищем и домом для прислуги главы РЖД и т.д. Действительно, и зачем народу все это знать? Лучше пусть смотрят «Дом-2», «Пусть говорят» и «Квартирный вопрос» – это ближе к реальным нуждам  российских обывателей. С такими поправками скоро российская пресса ограничится публикацией официальных пресс-релизов, кроссвордов и прогноза погоды.